Стиль жизни

Художественное наследие Бакста: альбом к 150-летию

9 августа Елена Попова

 

Поклонники истинных шедевров искусства по достоинству оценят новинку издательства «Слово». Коллекционный альбом, впервые выпущенный к 150-летию со дня рождения легендарного Льва Бакста, полностью соответствует масштабам великого таланта. Именно его называли «Кораблем «Русских сезонов» – ведь вместе с Дягилевым они ввели за рубежом моду на все русское. Вклад Бакста в мировое наследие культуры невозможно переоценить – этот человек был гениален во всем и, без сомнения, являлся самым известным художником современности. Самое удивительное – он удостоился всей славы и почестей еще при жизни, что случается в творческом мире невыносимо редко. Подробнее о Баксте мы писали в статье, приуроченной к открытию выставки в ГМИИ им. А.С. Пушкина (экспозиция, кстати, еще работает).

В основе книги – десять эссе известного французского поэта и драматурга Жана Кокто. Он посвятил их балетным постановкам, для которых Бакст создавал костюмы и декорации. Эссе впервые (!) переведены на русский язык специально для альбома по особому разрешению от Пьера Берже, главы комитета Жана Кокто, который владеет всеми правами на размещение всех материалов писателя. Биографом Бакста выступил знаменитый коллекционер Георгий Климов.

200 полноцветных альбомных страниц охватывают каждую сферу творчества великого художника – живопись, графику, театральное оформление, искусство книги, моду.

Подробности на сайте https://slovobooks.ru. Фотографии предоставлены пресс-службой.

 

P.S. Одним из самых «говорящих» эссе Жана Кокто в альбоме, на наш взгляд, является написанное к постановке «Елена Спартанская». Не знаем, на каком уровне работает ваше воображение, но у нас бегали мурашки... С разрешения издательства текст эссе приводим ниже.

ЕЛЕНА СПАРТАНСКАЯ

…Елена ткань великую ткала,

Светлый, двускладный покров, образуя

                                        а оном сраженья,

Подвиги конных троян и медянодоспешных

                                                           данаев,

В коих они за нее от Ареевых рук пострадали.

Гомер

 

Одним из достоинств таланта г-на Бакста является присущее ему умение придать первому изумлению видимость притворного смущения, что лишь удесятеряет восторг зрителя. Полет его фантазии никогда не оправдывает наших ожиданий, но удивление, порождаемое этим обстоятельством, оборачивается для нас множеством благих последствий: нервным потрясением, необходимым для получения эмоционального удовлетворения; наслаждением от смиренного признания своего поражения — поражения, безмерно обогащающего нас; материализацией смутного образа, в итоге приобретающего упрощенные очертания.

Г-н Бакст как-то поведал мне, что всякий раз старается вжиться в своих персонажей, схватив их индивидуальность, так что в конце концов эта индивидуальность отделяется от них и предстает перед его взором, подобно тому как перед духовным взором Екатерины Эммерих возникали узкие улочки Иерусалима и терновник Голгофы. Совершенно очевидно, что таким способом он переживает «кризис», который при всей своей внешней благостности развивается по нарастающей, при чем в его искренности сомневаться не приходится. Его честность визионера и станет мне подспорьем, чтобы достойно отразить нападки критиков его детища, Елены Спартанской. Он увидел Поллукса, хозяина нескольких стад, господина затерянного в горах селения, которое летом изнывает от жары, а осенью залито нескончаемыми дождями. Он увидел его воинов, почерневших от жары и ветра, закованных в панцирь, точно скорпионы: разделившись на несколько отрядов, они охраняют возведенный на скале скромный дворец своего царя. Он увидел площадь, бурлящую, словно пестрый муравейник, он увидел открывающиеся на равнину низкие ворота, через которые со всей подобающей торжественностью под гнусавые звуки труб и архаичных волынок вступает Елена: ее вид отличается такой непритязательностью, что чувство почтительного умиления охватывает зрителя.

Выход Елены незабываем. Мы увидели воплощенный образ любви, который одновременно был и образом смерти; при появлении каждой новой женщины из ее свиты мы спрашивали себя: «Она ли это?» И тут неожиданно появилась она, мало чем отличная от остальных, с черными косами, вопреки преданию, однако ощущение чего-то возвышенного выдавало ее присутствие. Конечно, она не блистала великолепием, но именно это и придавало ей прелести, о чем можно прочитать у Афинея: «Телемах и Писистрат были столь смущены, восседая по обе руки от столь славной особы, что совершенно лишились дара речи и не смели притронуться к еде».

Насколько я готов проклясть горе-иллюстратора, который разрушает любимые с детства образы, проясняя черты героя, увенчанного ореолом прелестной неопределенности, настолько я признателен г-ну Баксту, который совершил ради меня это путешествие в область смутного и туманного и добыл там три образа, далекие от наших ожиданий, но при этом замечательно передающие суровый дух поэзии Лакедемона.

 

comments powered by HyperComments
Часы MICHAEL MICHAEL KORS

Выбор дня

Часы MICHAEL MICHAEL KORS

что-то еще интересное